Конечная цель всегда должна заключаться в полном отказе от всех никотиновых продуктов. При этом прагматичный подход допускает наличие промежуточных этапов на пути к этой цели, пишет Тоомас Тоомсоо.

Источник: ERR (Эстония)

Тоомас Тоомсоо, невролог медицинского центра Confido

Курение — одна из основных предотвратимых причин смерти в мире. Это медицинский факт, по которому существует научный консенсус. Ни один медицинский работник не может и не должен рекомендовать курение.

В то же время реальность такова: миллионы людей продолжают курить, и многие из них неоднократно пытались бросить, но безуспешно. Это вызывает вопрос: какие меры должно предлагать общественное здравоохранение тем, кто, несмотря на усилия, не способен отказаться от курения?

Важно отметить, что данный комментарий не пропагандирует курение или использование бездымных устройств. Его цель — предоставить сбалансированный обзор концепции снижения вреда (harm reduction) на основе научной литературы и инициировать открытое обсуждение.

Сложность изменения поведения

Прежде чем обсуждать решения, нужно признать, что изменить поведение крайне трудно, даже если человек знает все факты.

Исследования показывают, что во всем мире курят примерно 21% врачей (Cattaruzza & West, 2013). Среди врачей США 12,9% мужчин и 21,4% женщин соответствуют критериям алкогольной зависимости (Oreskovich et al., 2015), а более 40% испытывают выгорание (Shanafelt et al., 2015).

Эти данные не свидетельствуют о слабости врачей — они демонстрируют, насколько сложно изменить поведение, даже при наличии знаний. Это важно учитывать, когда мы говорим пациентам об ожиданиях.

Что показывают исследования по бездымным устройствам?

Бездымные устройства (нагреваемые табачные изделия, электронные сигареты) отличаются от обычных сигарет тем, что в них не происходит процесса горения. Поэтому не образуются смолы, деготь и другие соединения, возникающие при сгорании.

Сравнение токсичности

Исследования показывают, что концентрации вредных соединений в аэрозолях бездымных устройств на 91–98% ниже, чем в дыме обычных сигарет (Sakalauskaite et al., 2025; Kaunelienė et al., 2018).

Кардиоваскулярный риск

У пользователей электронных сигарет риск инфаркта миокарда выше, чем у некурящих, но ниже, чем у курящих обычные сигареты (Sharma et al., 2023). Американская кардиологическая ассоциация подчеркнула, что, хотя электронные сигареты не являются полностью безопасными, их использование связано с меньшим риском по сравнению с традиционными сигаретами (Rose et al., 2023).

Важное замечание

Электронные сигареты вызывают воспалительные реакции и оксидативный стресс и не являются полностью безопасными продуктами (Sgai et al., 2025). Вопрос заключается в уровне риска, который можно оценивать по шкале.

Концепция снижения вреда

Снижение вреда (harm reduction) — это стратегия общественного здравоохранения, применяемая в различных областях: наркополитике (чистые шприцы), алкогольной политике (сообщения об умеренном потреблении), сексуальном здоровье (презервативы). Принцип прост: если идеальное поведение недостижимо, следует стремиться минимизировать ущерб.

В контексте бездымных устройств это означает, что курильщик может снизить вред, заменив обычные сигареты менее опасной альтернативой. Это не решение проблемы, а способ смягчения последствий.

Конечная цель всегда должна заключаться в полном отказе от всех никотиновых продуктов (Dennison Himmelfarb et al., 2025). При этом прагматичный подход допускает наличие промежуточных этапов на пути к этой цели.

Генетическая вариабельность и индивидуальный риск

Осложнения, вызванные никотином, проявляются у разных людей по-разному. Степень риска и тяжесть последствий напрямую зависят от полигенного генетического профиля.

Определенные генетические варианты, особенно в генах никотиновых рецепторов (CHRNA5/A3/B4) и генах, участвующих в метаболизме никотина (CYP2A6), влияют на индивидуальный риск развития никотиновой зависимости и связанных с ней заболеваний (Benowitz, 2010; Lee et al., 2018).

Полигенные оценки рисков (PRS) позволяют прогнозировать восприимчивость к никотиновой зависимости и осложнениям, таким как хроническая обструктивная болезнь легких (ХОБЛ) и рак легких (Zhang et al., 2022a; Zhang et al., 2022b).

Важно подчеркнуть, что хотя никотин сам по себе вреден, большинство серьезных осложнений (рак, ХОБЛ) в основном вызваны другими компонентами табачного дыма (Khouja et al., 2024).

Политические инструменты: дифференцированное налогообложение

Налогообложение является одним из инструментов общественного здравоохранения. Если все табачные и никотиновые продукты облагаются налогом одинаково, исчезает финансовый стимул выбирать менее вредную альтернативу.

Дифференцированное налогообложение, при котором более вредные продукты облагаются более высокими налогами, а менее вредные — более низкими, посылает ясный сигнал: выбор менее вредного продукта также экономически выгоден.

Это один из способов повлиять на поведение людей, которые не могут полностью отказаться от курения. При этом такой подход не заменяет меры поддержки по отказу от курения, а лишь дополняет их.

В заключение

Этот текст не оправдывает курение. Он является призывом к честному и научно обоснованному обсуждению.

Общественное здравоохранение — это не только соблюдение идеалов. Это также принятие прагматичных решений в реальном мире, где миллионы людей курят и многие не могут отказаться, несмотря на желание.

Концепция снижения вреда заслуживает открытого обсуждения. Это не снижение стандартов, а реалистичный подход к сложной проблеме.

---

Использованная литература:

• Benowitz, N. L. (2010). Nicotine addiction. The New England Journal of Medicine, 362(24), 2295–2303.
• Cattaruzza, M. S., & West, R. (2013). Why do doctors and medical students smoke when they must know how harmful it is? European Journal of Public Health, 23(2), 188–189.
• Dennison Himmelfarb, C. R., et al. (2025). Impact of smokeless oral nicotine products on cardiovascular disease. Circulation, 151(1), e1–e21.
• Kaunelienė, V., et al. (2018). A review of the impacts of tobacco heating system on indoor air quality. Chemosphere, 206, 568–578.
• Khouja, J. N., et al. (2024). Estimating the health impact of nicotine exposure by dissecting the effects of nicotine versus non-nicotine constituents of tobacco smoke. PLoS Genetics, 20(2), e1011157.
• Lee, S. H., et al. (2018). Combined genetic influence of the nicotinic receptor gene cluster CHRNA5/A3/B4 on nicotine dependence. BMC Genomics, 19(1), 826.
• Oreskovich, M. R., et al. (2015). The prevalence of substance use disorders in American physicians. The American Journal on Addictions, 24(1), 30–38.
• Rose, J. J., et al. (2023). Cardiopulmonary impact of electronic cigarettes and vaping products. Circulation, 148(8), 703–728.
• Sakalauskaite, S., et al. (2025). Exposure to toxic compounds using alternative smoking products. International Journal of Environmental Research and Public Health, 22(7), 1010.
• Sgai, M., et al. (2025). The impact of e-cigarettes versus traditional cigarettes on long-term cardiopulmonary outcomes. American Journal of Physiology.
• Shanafelt, T. D., et al. (2015). Changes in burnout and satisfaction with work-life balance in physicians. Mayo Clinic Proceedings, 90(12), 1600–1613.
• Sharma, A., et al. (2023). E-cigarettes and myocardial infarction: A systematic review and meta-analysis. International Journal of Cardiology, 371, 65–70.
• Zhang, P., et al. (2022a). Association of smoking and polygenic risk with the incidence of lung cancer. British Journal of Cancer, 126(11), 1637–1646.
• Zhang, P. D., et al. (2022b). Associations of genetic risk and smoking with incident COPD. The European Respiratory Journal, 59(2), 2101320.

---